*Мы узнали, что в «Юле» торгуют наркотиками. «Юла» принадлежала уралмашевцам. Я нашел Хабарова. Хабаров позвонил Игорю Новожилову. Спросил: «Юла» наша?» Игорь говорит: «Наша». Хабаров говорит: «Закрываем». И закрыли, даже разбираться не стали.
В начале лета 2000 года, когда открылись перевалы, в городе действовала еще более жесткая схема: несколько подлых таджиков ездили по Уралмашу, Эльмашу и давали наркоманам героин на реализацию по 100 200 граммов. Денег не требовали. А какая реализация? Наркоману попал в руки героин он его и проколол. А таджикам того и надо. Потом ездили по дворам таджикские бригады, вышибали деньги. Сколько было квартир тогда проколото! Сколько машин отправлено в Таджикистан! Этих умников удалось остановить дедовским способом. Уралмашевцам спасибо.
Кончилось лето. Мявкнуть не успели — полдвора наркоманов. Никто даже ничего не понял. Потащили у родителей. Трещали соседские квартиры. Вскрывали машины. Далеко не ходили, все вокруг двора. С осени — в школу, кто в 72-ю, кто в 100-ю. Кто-то в училище 82-е, кто-то в техникум. Понесли культуру в массы. А цыганенок перебрался во дворы на Избирателей. Вы, наверное, спросите, где была милиция? — Вот бы знать-то! (Об этом дворе можно написать целый детектив со стрельбой, погонями, убийствами, самоубийствами, предательствами, крушением надежд и несчастной любовью. Только это будет книга с очень плохим концом.)
Солнце зашло. Жизнь кончилась. Весь двор гудит, все ищут, где взять. Нашелся один продвинутый, разыскал цыганенка, собирал деньги, брал у него оптом, привозил во двор. Как ни вечер — все обнюханные. Наконец дошло, что колоть — дешевле. И началось.
Через день цыганенок принес уже за деньги. Ну, опять, кто где нашкулял, кто у родителей подтырил. Деньги собрали. У одного денег не было, но цыганенок добрый — плеер взял. Плеер, кстати, не самого пацана, а сестры его младшей. Поездил так месяцок, а потом исчез.
Назавтра появился снова. Кто с первого раза кайфанул — те потянулись. А которые переблевались — решили повторить, понять, с чего те кайфанули. Может не распробовали?
И вдруг цыганенок пропал. Во дворе тоска. Чего-то не хватает. Появляется через неделю. «Пацаны, че у меня есть!» — «Че, забьем?» — «Да какой там забьем! У меня в 100 раз круче! Белый — попробовать дали!» — «А че с ним делать-то?» — «Че, нюхать!» Нюхнули. Кто кайфанул, кто переблевался.
На следующий день то же самое. На третий день цыганенок озадаченный появился. Пустой. «Черт, барыга сказал — без денег больше не даст». — «Ну какие проблемы?» Пацаны пошарились по карманам, сбегали домой, скинулись, цыганенок сгонял — забили, пыхнули. И так всю неделю.
На Уралмаше в начале лета 1998 года в одном из дворов на ул. Индустрии появился цыганенок. Только начались каникулы. Местные пацаны, человек двенадцать, собрались на лавочке во дворе. Цыганенок к этим пацанам и подвалил. «Че сидим как лохи?» — «А че делать-то?» — «Давай пыхнем». — «Как пыхнем?» — «Как? Забьем и пыхнем!» — «А где взять-то?» — «Да у меня есть, угостили. Поделюсь». Забили, пыхнули — прикольно.
В середине 90-х у моих друзей стали умирать дети. Причем 15 16-летнего возраста. Убитые горем родители все скрывали. Говорили: «Умер во сне», или «Остановилось сердце», или «Задохнулся в гараже». Боялись и стеснялись говорить правду. Но люди все понимали, потому что в те годы уже у очень многих дети стали наркоманами. Те, что были побогаче, отправляли детей в Испанию, в Эмираты, возили к Назаралиеву, платили сумасшедшие деньги, но ничего не помогало. Те, у кого денег не было, просто опускали руки. Помощи ждать было неоткуда. У меня товарищ есть солидный мужик, директор завода. Многие его знают. У него в 1999 году из четверых детей наркоманами были трое! Он даже понять не успел, как это произошло.
Все происходило постепенно. Катастрофа надвигалась. Но тогда еще никто ничего не понимал
Салимовы и кашаевы утвердятся уже позднее, когда появится героин.
*Миша Иванов сотрудник УВД города, приехал из Белоруссии зарабатывать деньги. Быстро понял, что происходит, подружился со всеми цыганами, участвовал в процессе. Не вылезал из цыганского поселка, составлял нешуточную конкуренцию Кирсанову. Человек тупой и ограниченный.
Таджиков еще не было. Они появились позже и жили почти в каждой цыганской семье на положении рабов. Самостоятельными они стали потом. Поднялись такие фигуры, как Гайрат из «Трансагентства», залезший с этой темой к «афганцам», Абдулла Шарипов, Хамза, Исматулло и, наконец, подполковник, а тогда еще капитан милиции Даврон Хусенов Чуть раньше появились разные кирсановы* и ивановы*.
Милиционеры его уважали и побаивались. На месте развалюхи на Тельмана, 48, Чухманя с Танькой стал строить огромный особняк, что-то среднее между пагодой и готическим собором. Все цыгане ему завидовали. Насмотревшись на этого пса, в 89-м стали торговать несколько братьев крымских цыган Оглы, которые жили тогда на Циолковского, 8. Потом цыгане постреляли друг друга, но первые опиумные войны прошли незамеченными. В начале 90-х цыгане торговали в Пышме, в Арамиле, в Березовском и во всех цыганских поселках города. Но надо знать цыган. Никогда они не начнут торговать из дома в открытую, пока не договорятся с милицией.
*Кирсанов работал в УВД города, потом в ОБНОН. Когда-то был честным. Потом задружился с Морозовской и другими. Был умнее многих. Когда мы начинали в 1999 году, подняли шум и обозначили его как одного из коррумпированных, Кирсанов быстро свалил в Москву и сейчас делает карьеру. А вот его другу генералу Васе Руденко рушайловскому недобитку повезло меньше. В Москве его быстро раскусили и карьеру ему обломали.
Года с 86-го начала торговать шалой Танька Морозовская и ее муж цыган Чухманя. Через несколько лет они стали торговать опием. Чухманя ходил по поселку в плисовых шароварах и с маузером на боку.
Начиналось это все давно, но особого внимания никто не обращал. В начале 80-х наркоманов в городе было человек 30. Все друг друга знали. Ездили за маком, «подрезались», варили кукнар. Выкупали лекарства по поддельным рецептам, запутывали медсестер, воровали из больниц. Умудрялись даже, переодевшись в белые халаты (верх цинизма), собирать остатки неизрасходованного морфина уродственников только что умерших раковых больных. Покупали мак стаканами у цыган на Уктусе, в Пышме и в Большом Истоке. Собирались на притоне у Толика Дулевича. Варили ханку, там же кололись.
Книга «Город без наркотиков». Начало
НАРКОТИКИ.РУ | Книга «Город без наркотиков». Начало
Комментариев нет:
Отправить комментарий